Фэндом


Интервью актрисы сериала «Только любовь»
и фильма «Сдаётся дача с трупом» Алисы Лукшиной.

Специально для Детопедии.


Kinopoisk.ru-Alisa-Lukshina-2567883.jpg


Среди серой воды, на нефритовом дне,
Где пятьсот направлений арктических вод,
Живут рыбы-мальки на большой глубине,
И не слышат волну океанских широт.
Они очень милы и легки на подъём,
Позитивны в делах вплоть до перьев хвоста.
Но... мечтали: всегда с кем-то плавать вдвоём.
А вокруг — пустота.
И в толпе — пустота.
© А. Лукшина


Детопедия: Как ты пришла в актёрскую профессию?
Алиса Лукшина: Это, наверное, именно тот случай, когда профессия выбирает тебя сама. Всё началось с появления простой идеи девять лет назад — интереса, когда хочется посмотреть, как снимается кино и на каникулах приехать с мамой в Киев на массовку. Это были тяжёлые времена, и мы развлекались, как могли. (улыбается) Неожиданно для нас самих, ассистент массовки пригласила меня на кастинг на роль девочки в сериал. Ну, нам терять нечего, интересно, как туристам. И пошли. Пришлось ехать из Львова на экспрессе до киностудии Довженко. Через полгода, уже на зимних каникулах, позвали на пробы, потом допробы, и с весны, с апреля, мы уже снимали огромный сериал «Только любовь» на 100 серий. Так всё и закрутилось.
ДП: У тебя в фильмографии числится французский фильм. Ты там снялась позже?
АЛ: Этот фильм и был одним из самых первых, а точнее, вторым. В то время, в далёком 2008 году, в Киев приезжал Эмир Кустурица, и на огромных площадях выстраивали декорации Москвы 80-х годов. Я помню, как мне дали пластиковую куклу, одели в синий советский сарафан, и сказали ходить до середины площади и обратно в то время, как снимали главного героя Эмира с крана. Это, по сути, была первая моя роль в массовке. Ощущения непередаваемые.
ДП: На что похожи ощущения от первого съёмочного опыта? Что в этот момент творилось в голове?
АЛ: Первый съёмочный опыт... Думаю, я теперь постоянно стремлюсь к тому, чтобы вернуться именно к первому ощущению съёмок. Потому что не было никакой напряжённости. Никакого волнения. Никаких порывов. Я чувствовала себя собой, в расслабленном состоянии, ни за что не цепляясь. Именно так, как и должен играть актёр. А точнее — не играть вообще.
ДП: Ты соглашалась на все последующие предложения по кино?
АЛ: К сожалению, нет. Потому что иногда просто нет возможности совместить. И один проект накладывается на другой.
ДП: Ты играешь в труппе КХАТа?
АЛ: Нет, на данный момент не играю. Но попробовала, в качестве добровольного помощника-ребёнка.
ДП: Почему не сложилось?
АЛ: Стало очень трудно совмещать: пошли съёмки, курсы, работа, и пришлось уйти.
ДП: В одном из интервью твоя мама рассказала, что у тебя были проблемы с детьми в школе и тебе пришлось перейти на домашнее обучение. Это правда?
АЛ: То интервью для нас с мамой послужило хорошей школой жизни — в том плане, что нельзя доверять журналистам. Они говорят одно, делают второе, а думают третье, и «Фокус» (украинский журнал. — прим. ДП) тогда, в 2010 году, исказил всю ту информацию, которую мы с мамой говорили. При этом, обещав согласовать с нами перед публикацией готовую статью. Мы им рассказывали совершенно другие вещи, потому что очень хотели помочь многим людям и их детям, которые так же, как и мы, хотели попасть в экстернат. В итоге эта статья мне очень навредила, я училась в обычной школе и кто-то из родителей прочитал это интервью. Журнал принесли в класс, начали показывать всем учителям, и меня стали очень серьёзно травить. Именно после этой статьи. Пришлось из этой школы уйти в другую обычную школу, и доучиться там до конца года. А уже после этого на следующий учебный год я поступила в экстернат.
ДП: О чём «Фокус» переврал?
АЛ: Мы писали им огромные тексты о преимуществе обучения в экстернате — о том, как ты приходишь к мысли в связи с какими-то событиями, не делая на них упор. Мы писали им о психологическом и педагогическом подходе на домашнем обучении, а они вычеркнули все эти тексты, оставив и сделав центровым довольно тусклое и не важное событие в одной из школ, которое на самом деле ни на что не влияло, а было одним из череды многих и многих событий, которые формировали это желание — выйти из системы. Это называется «передёргивание фактов», если не ошибаюсь. Это также называется смещением акцентов.
ДП: Наверное, не случайно у этого СМИ такое название. Твоя мама работала художником в «Киевнаучфильме». С её подачи рисуешь?
АЛ: Гены есть гены. Порыв рисовать — от мамы, а порыв писать стихи — от папы.
ДП: А интерес к архитектуре — это всё оттуда же, от мамы?
АЛ: Архитектура — это была мечта. Увы, это очень сложная профессия, и в какой-то момент я отстала навсегда от своих сверстников, которые шли к цели поступления в архитектурный. Потому что кроме рисования она требует множество фундаментальных знаний из области точных наук.
ДП: В том же интервью упомянули, что у тебя был порок сердца.
АЛ: Порок сердца у меня был, да. В глубоком детстве. Он был врождённым. Но прооперировали в Амосова (Национальный институт сердечно-сосудистой хирургии имени Н. М. Амосова АМН Украины. — прим. ДП).
ДП: В какой вуз поступаешь?
АЛ: Очень хотелось бы в Польшу, но скорее всего, туда я поеду, если только не примут в этом году в Карпенко (Киевский национальный университет театра, кино и телевидения имени И. К. Карпенко-Карого. — прим. ДП).
ДП: Почему Польша?
АЛ: Эта страна и её язык меня безумно привлекают, ещё со времён съёмок сериала «Только любовь», когда на главную женскую роль к нам приезжала Магда Гурска — невероятно добрая девушка и удивительная актриса. С того момента у меня была мечта выучить польский, которую я успешно превратила в жизнь.
ДП: А к японскому откуда интерес?
АЛ: Тут всё просто. Японская анимация. И невероятная любовь к ней.
ДП: Какие аниме любимые?
АЛ: О, их множество! Конечно же, нельзя не сказать про шедевры Хаяо Миядзаки и его студии «Дзибли». Их невозможно не любить! Хотя, я знаю как минимум одного очень хорошего в жизни человека, которому они чужды, хех. И такое бывает. (улыбается) Вообще, аниме — это отдельный мир, в который можно нырнуть и потеряться. Волшебный. С неповторимой чистотой и моральной наполненностью. Я говорю именно о настоящих аниме, без каких-либо уклонов в жанры этти и хентая. Трудно что-то выделить любимое. Главное в первую очередь то, что чувствуешь, когда окунаешься в каждый сюжет. Ей-богу, наконец-то у меня спросили о том, в чём я действительно разбираюсь и о чём могу говорить часами. (улыбается)
ДП: А к манге как относишься?
АЛ: К своей — бережно. (улыбается) Несколько бумажных томиков уютно лежат перед кроватью. Я помню, с каким трепетом их покупала на свою зарплату, впервые открывала — в реальности, а не в интернете. Ах. До сих пор ищу первый том «Чара-хранителей», во всех магазинах есть только второй. Это было моё первое и самое чудесное аниме.
ДП: По собственным синопсисам рисовала что-нибудь?
АЛ: Как в точку! Есть пока собственный синопсис, но каждое лето откладываю его реализацию, потому сюжет лежит пока что «на полке».
ДП: Заспойлеришь синопсис?
АЛ: А читатели возьмут и скопипастят. (смеётся) Могу сказать, что тематика очень похожа на «Мангу Братьев Гримм».
ДП: Какие герои из аниме тебе нравятся?
АЛ: В плане характера — точно так же, как и в жизни — персонажи, которые не боятся оставаться собой, уверенные в своих словах, и не теряющие оптимизма. Люди, с которыми всегда светло.
ДП: Что смотришь из фильмов или сериалов?
АЛ: Из фильмов — мы с семьёй обожаем по вечерам смотреть фантастику, из сериалов — ждём продолжения «Шерлока». (улыбается) Сейчас намного важнее сама идея, смысл и мораль, которую несёт фильм, чем то, к какому жанру он относится.
ДП: Ко всем своим своим умениям, я так понимаю, ты умеешь ещё и монтировать. С какой программой работаешь?
АЛ: Sony Vegas Pro. Не столько умение, сколько приятная необходимость моей работы. Монтирую шоурилы и прочий рабочий материал.
ДП: Ты принимала участие в дублировании фильмов. Расскажи об этом опыте.
АЛ: Впервые дублировать мне поручили саму себя в сериале «Только любовь» — несколько сцен на весь сериал, которые были сняты идеально, но с незначительным браком по звуку. Вообще, почти всегда, если кино качественное, потом все актёры фильма вызываются для того, чтобы в студии без посторонних шумов записать чистовой звук. Это, по сути, озвучивание. А вот дублировать кого-то другого — совсем другое дело! И особенно интересно потом наблюдать результат, «примеряя» свой голос на другого человека, часто не умеющего разговаривать на этом языке. С его уникальной физикой движений, внешностью и мимикой.
ДП: Каково было озвучивать персонажа из турецкого сериала «1001 ночь»?
АЛ: Весело, но, к сожалению, недолго. Работа имеет свою специфику, и, когда мой ассистент по актёрам ушла с этого проекта, её актёров дубляжа тут же сняли, и меня заменили совсем другой девочкой. И, соответственно, другим голосом. Поэтому половину сериала Бурджу говорит моим голосом, а потом резко его меняет на грубый прокуренный детский бас. (улыбается)
ДП: Это обычная практика, когда актёров сменяют после ухода ассистента, или у вас это был исключительный случай?
АЛ: К сожалению, скорее обычная, чем исключительная. На том же сериале «Только любовь» снимали режиссёра со всей съёмочной группой и заменяли его актёров.
ДП: Почему так происходит? Почему актёры не могут остаться?
АЛ: Актёры — это люди, профессия которых обязывает быть зависимым по умолчанию от огромного количества факторов. Было и такое в практике, что профессионального актёра, с идеальной дикцией, в угоду этим факторам озвучивают актёром, который картавит и гнусавит, не выговаривая нескольких букв алфавита.
ДП: Сразу на ум приходит Охлобыстин, озвучивший персонажа Динклейджа из «Ледникового периода».
АЛ: У Охлобыстина картавость — это фишка. Харизма его голоса и образа, и соответствует образу, который он озвучивает, — а тут совершенно лишним было портить готового красивого персонажа бесцветным невразумительным блеянием.
ДП: У тебя есть награда кинофестиваля «Запорожская синерама» за лучшую детскую роль в короткометражке «Жилец». Какова судьба фильма?
АЛ: Он потихонечку путешествует по фестивалям, в мае 2015 года его показывали в украинском павильоне на Каннском кинофестивале.
ДП: Как относишься к YouTube? Не думаешь активнее вести блог?
АЛ: Веду по мере сил и возможностей. Конечно же, хотелось бы освоить эту целину подробнее.
ДП: Шаракоис, например, пытается вести блог об актёрстве. Рассказывает об этой профессии. Берёт интервью у коллег. Не планируешь что-нибудь такое?
АЛ: Кстати, хорошая идея! Надо будет подумать! Спасибо за такую находку!
ДП: Поскольку ты снималась в украиноязычном сериале, хочу спросить. Как считаешь, есть ли перспективы у украиноязычных фильмов и сериалов на Украине?
АЛ: У украинского народа появилось желание видеть на экране украинский продукт, разговаривать на своём родном языке — это уникальная ситуация, которой не было уже более ста лет. Наконец-то никто не запрещает украинский язык, а, наоборот, его поощряет. Мы должны учитывать, что за время, пока Украина находилась в Российской Империи, украинский язык запрещали на законодательном уровне около пятидесяти раз. Теперь его развивают, и тенденция эта крайне устойчивая. А по качеству такой продукт превосходит в сценарном аспекте достаточно большое количество российских фильмов.
ДП: Какой твой любимый украиноязычный фильм?
АЛ: «Трубач» Анатолия Матешко. Мы с ребятами — детьми-актёрами — готовились к нему полгода, и потом с весны до середины лета снимали, а потом ещё ждали до следующей весны 2014 года премьеру. Тёплые воспоминания, и фильм в конечном счёте получился настолько качественный, что я не могу не назвать его любимым.
ДП: Какая сейчас ситуация на украинском кинопроизводстве в связи с последними событиями?
АЛ: Ну, вот к примеру съёмки «Возвращение Мухтара» российский канал перенёс с Украины в Беларусь. Но, как ни странно, на нашем рынке, наоборот, появилось очень много заказов. Теперь, на украиноязычные проекты. В том числе много западных инвесторов.
ДП: Как считаешь, не связано ли это с запретом кинопродукции из России, или это естественный процесс? Как в целом относишься к сложившемуся кризису?
АЛ: Конечно же связано. Украинские каналы стремятся снимать достойную замену запрещённым российским сериалам, и это у них получается! Однако российских заказов у нас меньше не стало. В Украине по-прежнему снимать кино дешевле, а потому выгодно. И, должна сказать, практически нет людей, которых это не устраивает. Творческий человек должен быть выше политики, но при этом в ней разбираться. Именно поэтому к сложившемуся кризису отношусь очень спокойно — в киноиндустрии он не просто не почувствовался, а послужил катализатором для запуска большого количества новых проектов. В отличие от России, к сожалению, где он отпечатался по полной. Постоянно слышу о том, что закрываются театры, замораживаются съёмки из-за отсутствия финансирования, и количество работы снизилось чуть ли не наполовину.
ДП: Спасибо за интервью.
АЛ: Вам спасибо.

Дата публикации: 12.03.2016.

Ссылки Править

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.

Также на Фэндоме

Случайная вики